Версия для слабовидящих English version О Роспатенте Деятельность Госзакупки Госслужба Нормативно-правовые акты Пресс-центр Прием обращений Ссылки
  Главная - Пресс-центр - Архив новостей - Сообщения Информсовета - 2017 - Видео и стенограмма встречи Владимира Путина с представителями общественности Ярославской области. Обсуждение патентной реформы

Видео и стенограмма встречи Владимира Путина с представителями общественности Ярославской области. Обсуждение патентной реформы

 

Фрагмент встречи Президента России Владимира Путина с представителями общественности Ярославской области, посвященный реформе патентного дела и сферы интеллектуальной собственности. Стенограмму разговора читайте ниже.

 

 

 

 

 

А.Идилов: Владимир Владимирович! Я, Идилов Магомед-Амин Исаевич, студент третьего курса химико-технологического факультета Ярославского государственного технического университета, один из основателей и руководителей проекта, который занимается лечением нервных болезней и, в частности, фантомных болей. Я здесь по причине моего желания осветить федеральную проблему, с которой сталкивается каждый изобретатель или ученый.

В.Путин: У каждого что-то болит?

А.Идилов: Там немного сложнее. Я хочу для начала озвучить следствие этой проблемы, которая касается всей страны. По данным западных аналитических институтов и нашей Высшей школы экономики, из-за патентования российскими гражданами своих промышленных разработок за рубежом за последние десять лет Российская Федерация потеряла 11 миллиардов долларов. Действительно, колоссальная сумма! И причина, почему люди патентуют свои идеи не у нас, кроется в самой патентной системе.

Я недавно ознакомился с интервью главы Роспатента. И он признает, что наша патентная система устарела. Главная проблема патентной системы заключается в скорости патентования. Простой пример: мы с моим коллегой из Ярославского государственного университета имени Демидова Федуловым Даниилом выступили со своей разработкой в сентябре 2016 года на государственном конкурсе «Умник», пытались выиграть грант в размере 500 тысяч рублей. И сразу же после нашего выступления в сети мы наткнулись на информацию о похожей разработке, которую начинает патентовать шведский университет имени Чалмерса. И проблема была в том, что из-за отсутствия у нас финансирования, мы просто не могли получить интеллектуальную защиту. Шведы же, у них существует определенная система, она называется «Patent Application», она мировая. Она заключается в том, что человек просто заявляет о своей идее патентным поверенным, они ее фиксируют и дают защиту на эту идею на один год. По истечению этого года человек может прийти уже с полным пакетом документов, то есть проведенным патентным поиском, заявкой на патент, и уже получить полноценную патентную защиту. У нас же этой систему попросту не существует. У нас, чтобы получить защиту на патент, необходимо сначала провести патентный поиск, а затем уже составлять заявку. Если это делать без помощи экспертов, как это делаем сейчас мы, это занимает очень большой промежуток времени. Но даже сейчас мы с экспертами патентный поиск провели за один месяц, и оформление заявки – тоже один месяц. Если бы у нас была в стране похожая система, именно предпатентования, то мы могли бы спокойно перед участием в конкурсе «Умник» защитить свою идею и уже идти и освещать ее на общественность. Но, к сожалению, мы этого сделать не смогли. Сейчас, конечно же, мы нашли определенные пути решения и можем получить патентную защиту, но все же я представляю, какое количество ученых не смогли так поступить. Это первый момент.

А второй момент, он, конечно, сейчас решается в нашей стране, и дальше всех зашел Фонд содействия развитию инноваций, Фонд Бортника иначе, как раз который и организовывает конкурс «Умник». У них по условиям договора до этого года главной задачей для грантополучателей являлось получение патента, то есть интеллектуальной защиты. Сейчас же они пересмотрели эту систему и требуют также от своих грантополучателей внедрения разработки, которую они патентуют, на рынок. Если вы не внедрили, то грант аннулируется. И патент, разумеется, тоже должен был бы аннулироваться, если бы мы были в западной системе. Вот эта политика Фонда Бортника, она замечательная по одной простой причине. В России существует тысяча патентов, которые просто создаются для получения, допустим, той же повышенной академической стипендии. Вот лично у меня сейчас за то, что я являюсь грантообладателем, в рейтинговой системе плюс пять баллов. Это много, и я получаю повышенную академическую стипендию. И много разработчиков, они просто патентуются, а дальше не продолжают никакого развития.

В связи с этим я хочу попросить у Вас и предложить Вам на базе Ярославской корпорации развития малого и среднего предпринимательства, бизнес-инкубатора Ярославской области, создать некоторые, так скажем, инновационно-внедренческие центры, которые будут выполнять ваши личные поручения, которые Вы дали на Питерском форуме, когда попросили госкорпорации вкладывать свои силы и средства в предпосевные и посевные проекты. Также на базе данного бизнес-инкубатора можно запустить предпатентование в нашей стране. Это действительно поможет многим разработчикам и ученым. И не только молодым, потому что я прекрасно знаю, что у меня в университете преподаватели до сих пор патентуются, но патентов они ожидают по полгода, год (только заявку на патент, я имею в виду). Это действительно проблема. А говоря, почему именно Ярославль должен стать опорной зоной, я приведу личный пример.

Мы со своим проектом тесно связаны, с бизнес-инкубатором, по одной простой причине. На «Умнике» они нас заместили, они нас пригласили к себе на акселерационную программу. И честно могу сказать, что работа бизнес-инкубатора – это пример того, как должна работать любая госструктура. Благодаря стараниям определенных лиц в бизнес-инкубаторе мы смогли на предпосевной стадии, то есть еще до создания рабочего прототипа, мы смогли побеседовать с Ростехом и Швабе. И благодаря этому мы смогли выбраться на клинические испытания нашей разработки, что немаловажно для медицинского проекта. И поэтому, если немного помочь бизнес-инкубатору, то не только мы были бы единичным случаем, которому повезло, но и все инноваторы, которые зарождаются на Ярославской земле, могли бы получить точно такую же поддержку.

В.Путин: Вы понимаете, что Вы меня покритиковали сейчас немножко? (Смех.)Впрямую. Потому что у нас эта патентная система действует на основе распоряжения Правительства от декабря 2008 года. Это тогда, когда я был Председателем Правительства, возникло это постановление. Но тогда действительно, может быть, она была достаточно прогрессивной, всё очень быстро меняется. Хотя я должен с Кузьминовым поговорить, с руководителем Высшей школы экономики. Не думаю, что главная проблема в дороговизне патентования. У нас патентная пошлина не такая уж и большая, она одна из самых низких в мире и самая низкая среди стран нашего экономического союза, это, по-моему, 8200 рублей всего. А для тех, кто учится в учебных заведениях, имеющих государственную аккредитацию, она вообще 20 процентов от этой суммы. То есть 20 процентов от 8200 сколько получается? 1600. Поэтому я не думаю, что это такие большие деньги.

С.Соколов: Владимир Владимирович, можно я на секундочку, потому что немножко тоже касается нас, только немножко с другой стороны. У Амина – про научные разработки и так далее, а у нас – патентование торговых знаков, марок и рецептур. На самом деле у нас другая ситуация, мы не про деньги говорим, скажем так, нас все устраивает. Вопрос по срокам. Потому что примерно предварительный поиск идет от двух недель до месяца, потом приоритет получаешь где-то месяц, и потом целый год ты ждешь окончательного заключения, дадут или нет. То есть у тебя два варианта, либо этот год сидеть сложа руки и упускать рынок, либо на свой страх и риск запускать продукт.

И у нас случилось так: мы разработали спортивное питание совместно с инструктором питания на уровне западных стандартов, на уровне американского Weider, то есть там и протеин, и все это дело. Получили приоритет, и чтобы не ждать, стали выпускать. А потом пришло заключение, что кто-то на два месяца раньше подал приоритет. Мы пытались договориться, но не смогли выкупить этот торговый знак. Сейчас впереди выставка и так далее, нам срочно надо менять упаковку. В общем, и зря потрачен год на рекламу, на маркетинг и так далее. Поэтому, если бы эти сроки были уменьшены, допустим, до двух месяцев, до трех, то, конечно, нам было бы проще не рисковать, а подождать и тогда понимать, либо мы владельцы этого торгового знака, и двигаемся дальше, либо мы не владельцы.

В.Путин: Я сейчас не совсем готов сформулировать, что нужно сделать. Почему? Потому что и с точки зрения оплаты не такие уж большие деньги.

А.Идилов: Я хочу немного добавить.

В.Путин: Можно я отвечу?

И с точки зрения сроков. Смотрите, у нас сроки патентной защиты и выдачи соответствующих документов ниже, чем во всех, хочу это подчеркнуть, практически во всех развитых экономиках. Они меньше, чем в США, Европе, Евросоюзе и Китае. Здесь другие инструменты. Коллега говорил о других инструментах – предпатентовании. Еще какие-то инструменты есть защиты и быстрого реагирования. Вот над этим нужно подумать. Нужно просто совершенствовать всю систему этого патентного дела, и использовать те инструменты, которые применяются в других странах, и которые у нас пока не внедрены. Надо это сделать.

С.Соколов: Да, надо что-то еще сделать.

В.Путин: А сами по себе сроки вроде бы нормальные у нас. Более того, патентные поисковые системы. Скажем, услугами Роспатента пользуются 29 стран мира, а услугами соответствующих структур в США – 19 всего. То есть это говорит о привлекательности и качестве. Тем не менее вы сталкиваетесь с проблемами, о которых Вы сказали, в жизни, на практике, они же возникли, и у вас возникли, и у вас. Поэтому, совершенно точно, эта сфера требует дополнительного внимания и совершенствования. Я запомню это, помечу. Поработаем.

С.Соколов: Спасибо.

А.Идилов: Я хочу добавить. Когда я говорил о том, что мы не предпатентовались из-за отсутствия финансирования, там была проблема не в государстве. Если говорить о финансовой части оформления патента, да, его можно оформить, несомненно, только заплатив госпошлину. Для меня – 1500 рублей и плюс 100 рублей за каждый пункт.

В.Путин: 1600.

А.Идилов: Но там получается такой аспект, что нужно обязательно проводить патентный поиск и оформлять заявку. Если вы неправильно оформили заявку или неправильно провели патентный поиск – все, вы теряете практически абсолютно все.

В.Путин: Совершенно верно. У нас средний срок выдачи патента – 10 месяцев, если все правильно оформлено. Если при оформлении заявки есть какие-то ошибки, то он увеличивается в среднем до 18 месяцев.

А.Идилов: Да.

В.Путин: Да, здесь, конечно, нужно поработать даже над совершенствованием системы подачи заявок. Нужно, чтобы соответствующему заявителю оказывалась квалифицированная помощь, поддержка. Есть, над чем работать, согласен.

А.Идилов: Сейчас оказывается такая помощь, но она платная. Но можно избежать подобных сложных решений путем как раз-таки введения предпатентной системы.

В.Путин: Да, давайте подумаем над этим.

Но, естественно, при принятии окончательного решения, все-таки нужно проводить достаточно серьезную экспертизу.

С.Соколов: Может быть, льготы какие-то для студентов, для начинающих.

В.Путин: Они есть, да, я сказал. От суммы уплаты, если человек имеет отношение к образовательному учреждению, имеющему государственную аккредитацию, это всего 20 процентов. А если еще юридическое лицо или физическое лицо, которое претендует на патентную защиту, заключает договор о том, что готово передать результаты своей работы, тогда он вообще освобождается от уплаты пошлины, и пошлину уплачивает та структура или то лицо, которое берет на себя обязанность внедрять эти разработки.

С.Соколов: Если он будет пользоваться помощью именно патентного поверенного (про пошлину мы ничего не говорим), тогда это стоит для студентов достаточно существенные деньги. Я говорю, может быть, подумать о том, чтобы компенсацию какую-то сделать.

В.Путин: Можно, можно, там целая система.

С.Соколов: Как в метро, допустим, студентам, школьникам.

В.Путин: Я понимаю, они уже есть эти льготы, но можно подумать о расширении, согласен.

А.Идилов: На самом деле я немного не согласен с льготами именно на патентный поиск. Этим занимаются частные лица, можно так сказать.

В.Путин: Это субсидирование можно сделать. Это же частные лица, частные компании, им же важно получить деньги за свои услуги и не важно с кого. Если мы хотим вот эту сферу деятельности развивать, то это можно подумать о субсидировании.

А.Идилов: Просто я лично, как человек, гражданин России, вижу, что это будет дорого.

В.Путин: Дорого, наверное, да.

А.Идилов: И поэтому опять же я призываю к тому, чтобы, во-первых, систематически, как Вы уже сказали, рассматривать эту проблему, то есть решение этой проблемы, а во-вторых, как раз-таки начать именно с предпатентования.

В.Путин: Да, да, согласен. То, что Вы сказали, это правда. Если это будет дорого, то тогда всегда наш финансовый блок будет обосновывать, почему этого не нужно делать. Я услышал, это правда, Вы очень правильные вещи сказали. Согласен.

Оригинал материала

 



Дата последнего обновления: 04.09.2017 19:56
  Главная - Пресс-центр - Архив новостей - Сообщения Информсовета - 2017 - Видео и стенограмма встречи Владимира Путина с представителями общественности Ярославской области. Обсуждение патентной реформы
Photo of the building

Подведомственные учреждения
ФИПС РГАИС ФАПРИД